ГоловнаКорисні матеріалиІсторіяПрохоровское побоище

Прохоровское побоище

    Советская власть за годы своего существования создала множество фильмов по годы Второй мировой войны, которую они исключительно трактуют как «Великая отечественная». Разница между этими понятиями существенная и принципиальная, но это тема для отдельного разговора. Большинство таких режиссёров не имели никакого отношения к боевым действиям, а свои истории черпали из воспоминаний, баек и вымыслов, которые активно циркулировали в тылах действующей армии. И чем больше лет от той войны, тем больше выхолащивается правда, создаются легенды, мифы, ничем не уступающие легендам и мифам Древней Греции. В отличие от последней у нас есть шанс заглянуть в архивные документы и вытащить правду на всеобщее обозрение.

01612 июля 1943 года.

Долгие годы танковый бой под Прохоровкой считался главным эпизодом, переломной точкой всей Курской битвы. В свою очередь эта битва, которая продолжалась с 5 июля по 23 августа 1943 года, считался переломной на Восточном фронте. И в принципе по праву. Именно с этого момента Германия окончательно потеряла стратегическую инициативу и до последнего дня войны лишь реагировала на активные действия РККА.

«Крупнейшее танковое сражение Второй мировой войны» - именно так любят российские идеологи, преподнося сражение под Прохоровкой.

Кстати, весьма спорное утверждение. Если принять во внимание численность задействованных бронетанковых сил и соединений, таковым все же является сражение в 1941 году под Бродами – Дубно. Именно тогда советские танковые корпуса, как пыль, были развеяны немецким блицкригом, но русские не любят об этом вспоминать. Им нужны легенды. Разоблачим ее.

В реальности произошла одна из крупнейших бронетанковых катастроф: практически полное истребление советской 5-й гвардейской танковой армии, а также 18-го и 29-го танковых корпусов.

020Доказано реальными фотоматериалами немецкой авиаразведки, проводившейся как в период сражения, так и по его окончанию. Доказано скрупулёзной работой "Визуальное исследование битвы под Прохоровкой" («A visual examination of the battle of Prokhorovka») британского исследователя Бена Уитли. Он занимается изучением Второй мировой по материалам открытых источников. Автор разбирал аэрофотоснимки поля боя под Прохоровкой, сделанные Люфтваффе в июле и августе 1943 года и проанализировал их, опираясь на сопроводительные документы. Снимки хранятся в американском Национальном архиве в городе Колледж Парк в штате Мэриленд.

В предисловии он пишет:

«Выражаю свое искренне восхищение советскими танковыми экипажами, проявивших личный героизм в момент явной катастрофы, перед лицом врага, встав на защиту свой Родины. В данном исследование приведены фотографические материалы поля боя к юго-западу от Прохоровки, и они визуализируют ужасающие картины полного разрушения. Наступает отрезвление, когда рассматриваешь изображения множества уничтоженных танков, приходит понимание того факта, что экипаж советского танка состоял из четырех человек. Целью работы автора было искреннее желание отметить ту жертву, что принесли советские солдаты в период сражения».

015Не буду рассказывать предысторию Прохоровского сражения и весь ее ход, в этом нет необходимости, но надо понимать основные моменты. И первый из них: выбор места сражения.

Он не был случайностью или диким стечением обстоятельств. Его сделали немцы, осознанно и расчётливо. Советское командование, как в шахматах, сделало ход вторым. И это стало первой фатальной ошибкой, что и стало первым звеном в катастрофе.

Немцы абсолютно четко рассчитали неминуемость контрудара, превосходящими по численности, советскими танковыми резервами. Поэтому, пройдя около 35 километров сквозь советскую оборону, они сместили острие главного удара в направлении Прохоровки, заняв оборонительные позиции в излучине реки Псел, где рельеф местности был наиболее выгоден для перехода в оборону. В случае контрудара, атакующая сторона оказывалась зажатой в узком дефиле, образованного узкой поймой реки и железнодорожной насыпью. Используя танковые подразделения, русские при обхвате флангов 2-го танкового корпуса СС не могли реализовать свое численное преимущество.

023Непосредственно дефиле 11-го июля заняла наиболее укомплектованная 1-я дивизия СС «Лейбштандарт Адольф Гитлер». Более того, в период Курской битвы дивизия не предпринимала наступательных действий и находилась в максимальной боевой готовности.

Немцы, заняв определенные рубежи, начали подтягивать противотанковые средства и закрепляться на боевых позициях. Профессиональные военные поймут, что термин «закрепляться» означает не перекур и отдых, а работу до седьмого пота – от окапывания и подготовки укрытий до создания системы перекрёстного огня, минных полей, системы заграждений и налаживания взаимодействия с артиллерией, штабами… Подвоз боеприпасов, подготовка запасных огневых позиций… Много чего, всего не перечесть. Война – процесс сложный и многогранный. Непосредственно на поле боя под Прохоровкой, немецкой группировкой командовал оберстгруппенфюрер СС Paul Hausser.

018На фото Paul Hausser. (нем. Paul Hausser, 7 октября 1880 — 21 декабря 1972 — немецкий военный деятель, генерал-лейтенант Рейхсвера (1932), оберстгруппенфюрер СС и генерал-полковник войск СС (1944). Один из создателей и руководителей войск СС.  На Нюрнбергском процессе Paul Hausser выступал в качестве свидетеля защиты. Ему не было предъявлено обвинений в совершении тяжких военных преступлений, и он был освобождён после двух лет трудовых лагерей. – выдержка из «Википедии»)

Кстати, факт перехода немцами к запланированной обороне свидетельствует о том, что немецкая разведка сумела вскрыть планы русских и определить их боевой состав. В отличии от самих русских, не сумевших просчитать ряд факторов. Но о чем я говорю станет понятно немного позднее…

Фланги дивизии «Лейбштандарт Адольф Гитлер» обеспечивали 2-я танковая дивизия СС «Дас Райх» и 3-я танковая дивизия СС «Totenkopf», которые вели активные наступательные действия за пределами дефиле, стремясь улучшить тактические позиции. И им это удалось.

«Totenkopf» расширила плацдарм на другом берегу реки Псел и в ночь перед Прохоровским сражением сумела переправить туда танковый полк. Тем самым немцы, в случае атаки армады советских танков, обеспечили возможность ведения огня во фланг. «Люфтваффе» также выполнила поставленную задачу, предоставив в распоряжение командования данные аэрофотосъемки. Это только немцы в фильме «В бой идут одни старики» маскируют танки под стога сена. Армаду 5-й танковой армии генерал-лейтенанта Ротмистрова замаскировать в таком количестве не представилось возможным. По данным современных исследований на момент начала Курской битвы в составе армии Ротмистрова числилось 790 танков. (Из них — 260 Т_70, 501 Т_34, 31 Mk IV «Черчилль», а также 40 самоходных штурмовых гаубиц СУ-122 и лёгких штурмовых орудий поддержки пехоты на базе Т_70 СУ_76 – примечание автора).

021 Сам Ротмистров в собственных воспоминаниях оценивал собственные силы в 850 боевых машин.

Ставка предполагала нанесение мощного контрудара (время атаки было назначено на 10.00 12 июля – примечание автора) значительными силами, но «ни один план не переживает встречи с противником» (Хельмут фон Мольтке, начальник Генерального штаба Пруссии). В реальности, неправильно оценив ситуацию с прорывом линии обороны 69-ой армии и не дожидаясь полного сосредоточения собственных сил, Ротмистров в 08.30 утра, отправил в дефиле под перекрёстный расстрел 5-ю танковую армию и 5-ю гвардейскую общевойсковую армию. Пехота перемещалась на поле боя на танках.

Ротмистров посчитал, что немцы рассчитывали осуществить прорыв с выходом на оперативный простор и дальнейшим наступлением на Курск. Это стало второй фатальной ошибкой.

«Лейбштандарт Адольф Гитлер» же на протяжении вечера и ночи произвел перегруппировку и на утро 12-го июля остался имея всего 117 основных боевых танков, 51 самоходную гаубицу, и 32 самоходных противотанковых орудия. И три «тигра».

Немцы, измотанные за ночь, спали как воздух наполнился русской штурмовой авиацией.

По команде в атаку ринулся первый эшелон, состоящий из двух танковых корпусов (300 танков и САУ). На броне танков сидела пехота. Эшелон оказался под шквальным перекрестным огнем. Ситуация усугублялась тем, что танки шли в лобовую атаку на весьма ограниченном пространстве шириной до 3-х километров: берег реки Псел был болотистым и непроходимым для танков. Там завязло несколько машин, которые были быстро уничтожены немцами.

019Немцы же, используя превосходство в артиллерии, расстреливали танки Ротмистрова практически безнаказанно. Т_34 прицельно уничтожался 88-мм пушкой «тигра» на расстоянии до двух километров, а 75-мм пушкой среднего T_IV – до 1,5 километров. Советским танкам пришлось вести бой в очень невыгодных условиях. Поразить «тигр» или T_IV стреляя сходу было практически невозможно, а остановившийся для прицельного выстрела танк сразу же становился прекрасной мишенью. Кроме того, с немецкими танками надо было еще сблизиться примерно до 500 - 600 метров. Вот почему бой сразу же стал складываться не в пользу русских танкистов.

Легкие танки Т_70, которые так же приняли участие в боях 12-го июля, вообще не представляли для противника угрозы, так как не могли причинить ни малейшего ущерба немецким средним танкам, не говоря уже о тяжелых. Для достижения дистанции эффективного огня из штатного 45-мм орудия им требовалось сблизиться с целью фактически на дистанцию пистолетного выстрела, но немцы, используя преимущества артиллерии, предпочитали расстреливать их издалека.

Кроме танков, немцы имели противотанковые батареи, которые так же записали на свой счет немало советских танков. В этом бою ими использовался дорогостоящий по тем временам снаряд с вольфрамовым наконечником, но это была, скорее, экзотика. Батареи не были своевременно подавлены, что привело к весьма печальным последствиям. Также не бездействовала и немецкая авиация. Бои шли и в воздухе.

Советское командование бросало в бой новые силы эшелонами. Работа британского исследователя внесла ясность: всего в эпизоде под Прохоровкой сражались 672 русских танков против 186 немецких.

Первым офицером-танкистом, кто столкнулся с Армагеддоном, был оберштурмбанфюрер Рудольф фон Риббентроп. Именно он увидел лавину советских танков, несущихся на полной скорости. Под его командованием было всего семь танков. Немцы открыли огонь.

«Для хорошего стрелка дистанция 800 метров просто идеальна» - говорил фон Риббентроп впоследствии. Некоторые Т_34 начали гореть, но их были десятки, и они накатывались волна за волной: - «Стена танков катилась по направлению к нам».

Это были подразделения 29-го танкового корпуса под командованием генерал майора Кириченко.

Из семи танков фон Риббентропа четыре были уничтожены практически немедленно. Остальные отошли на другую позицию и пережили сражение, выполнив боевую задачу.

«Советы» рассчитывали использовать танковую массу чтобы проломить оборону противника, но за считанные минуты картина боя и кажущееся неминуемое поражение немцев обернулось катастрофой для русских.

022 На фото: так выглядит противотанковый ров в настоящее время. Лишь потому, что они забыли о собственном противотанковом рве с глубиной 4,5 метра, который создавался собственной же пехотой! Это было за пределами понимания немцев, которые в изумлении смотрели за тем как Т_34, машина за машиной, с разбега падали в этот ров. Противник быстро перегруппировался для более удобной стрельбы и начал расстреливать русских с флангов. По воспоминаниям фон Риббентропа горящие Т_34 сталкивались друг с другом, был настоящий огненный ад, дым и пыль затрудняли ведение огня.

Поэтому из-за непрофессионализма советского командования на этой переправе всего два «тигра» сумели намолотить 55 советских танков. На следующее утро как немецкая сторона, так и советская, направили туда воздушную разведку, которые и подтвердили с помощью средств объективного контроля. Немецкие фотографии легли в основу работы британского историка, а «Советы» - спрятали поглубже. И передернули карты как заправские шулера, создав красивую легенду коренного перелома в «великой отечественной».

К 11.00, через два с половиной часа бойни, советским «горе-стратегам» стало понятно, что наступление выдохлось. Однако танкисты продолжали выполнять поставленную задачу и на отдельных участках им удалось вклиниться в немецкую оборону. Это были весьма незначительные успехи, за которые, к тому же, пришлось заплатить очень высокую цену. Основная цель контрудара достигнута не была. Более того, армия Ротмистрова фактически перестала существовать как полноценное боевое соединение, а немцы рассчитанными действиями к концу дня вернули утраченные утром позиции. И так оставались на них до исхода 17 июля, пока не отошли по команде.

Из 672 танков и САУ, принимавших участие в боях 12-го июля, 5-я гв ТА потеряла подбитыми на поле боя порядка 450 машин (или 69% потерь – примечание автора). То есть практически три четверти изначального состава. Проще говоря: из четырех человек, стоящих в строю, с поля вернулся лишь один… Часть этих машин смогли вернуться в строй после полевого ремонта, но безвозвратные потери русских, по оценкам самих русских, составило около трехсот танков. Основываясь на снимках, которые британский исследователь приводит в своей работе, в результате боя безвозвратные потери советской стороны составили все же меньшую цифру - 235 единиц, тогда как германская армия потеряла всего пять.

Всего пять немецких танков, не подлежащих ремонту! Соотношение один к сорока семи!

По данным же немецкого федерального Военного Архива, в ходе боёв 12-го — 13-го июля дивизия «Лейбштандарт Адольф Гитлер» потеряла безвозвратно 2 танка Pz.IV, в долгосрочный ремонт было отправлено 2 танка Pz_IV и 2 — Pz_III, в краткосрочный — 15 танков Pz_IV и 1 — Pz_III, то есть всего 22 Pz_IV и Pz_III в одной дивизии из трёх.

Общие же потери танков и штурмовых орудий 2 тк СС за 12 июля составили около 80 танков и штурмовых орудий, в том числе не менее 40 боевых машин потеряла дивизия «Мёртвая Голова», в утреннем бою не участвовавшая.

Тяжелых «тигров» у немцев были буквально единицы. «Лейбштандарт Адольф Гитлер», например, имела всего 3 машины, дивизия «Дас Райх» - 1, а дивизия «Totenkopf» - десять. Вспомним, что последние две дивизии обеспечивали фланги «Лейбштандарт Адольф Гитлер» и напрямую не участвовали в бойне.

Вполне понятна ярость Сталина, когда он узнал о том, какую цену пришлось заплатить за так называемый «разгром» немцев.

Не совсем верна и распространенная версия о «встречном танковом» сражении». Немцы за весь день 12-го июля не раз переходили в контратаки и тогда действительно были отдельные эпизоды дуэльного противостояния танкистов.

017Но ни о какой танковой лавине, несущейся навстречу друг другу, и речи быть не могло. Немцы были не настолько глупы, чтобы позволить задавить себя численно превосходящими советскими танками. Или хотя бы подпустить их на дистанцию действенного выстрела, что им было категорически запрещено в приказном порядке. «Невиданное в истории» танковое сражение – это явное приукрашивание событий, призванное хоть как-то прикрыть промахи командования и сгладить впечатление от серьезных потерь 5 гв ТА.

Так же надумано и количество участвовавших в бою машин. Цифра в полторы тысячи завышена примерно в два раза и опять-таки призвана скрыть «промахи», а проще непрофессионализм Ротмистрова. Ведь ему предстояло объяснить, каким образом из строя выбыло почти полтысячи машин, большинство из которых было потеряно безвозвратно. Поэтому и были придуманы сотни, участвовавших в сражении и уничтоженных «пантер», «тигров» и «фердинандов».

Людские потери 5-й гв ТА за 12-го июля составили около 6000 человек, из которых погибли или пропали без вести около 2000 солдат и офицеров. Всего же с 12-го июля и до окончания активных боевых действий под Прохоровкой (18-го июля) армия потеряла почти 10 000 человек, из которых порядка пяти тысяч безвозвратно.

О том, что цена была заплачена высокая, свидетельствует вот какой факт. Получив уточненные данные о том, что же именно произошло под Прохоровкой 12-го июля, Сталин, что с ним случалось крайне редко, пришел в ярость и для Ротмистрова дело едва не закончилось трибуналом. По указанию Сталина была создана комиссия под председательством Маленкова, которая, после долгого разбирательства, охарактеризовала действия командующего армией как «образец неудачно проведенной операции».

На печальные размышления наводит и тот факт, что немцы в течение 13-го и 14-го июля спокойно эвакуировали с поля боя поврежденные машины. Всего им удалось вывезти около 200 танков, которые после полевого или капитального ремонта снова были поставлены в строй. Кстати, немцы эвакуировали также и советские танки, а те что, по тем или иным причинам, эвакуировать не удалось, взорвали. 24-го июля этот факт признает и член Военного совета Воронежского фронта Хрущев: «…поле боя осталось за противником - почти все поврежденные советские танки были немцами подорваны и сожжены, тогда как немецкая техника эвакуирована».

Для Ротмистрова Прохоровское побоище стало хорошим уроком. В дальнейшем он более тщательно планировал операции и после Корсунь-Шевченковской операции (февраль 1944), даже стал маршалом бронетанковых войск.

Только всю оставшуюся жизнь он не мог забыть то поле унижения - поле Прохоровского побоища. Даже спустя годы, в исторических описаниях Прохоровки, советский маршал продолжал претендовать на уничтожение 400 немецких танков, в том числе 70 «Тигров».

На завершение стоит обратить внимание на то, что в Германии впервые с момента окончания Второй мировой войны открыто и громко заявили о лживости советских постулатов о ходе боевых действий. Документы показывают совершенно другую войну и другой ее ход. А ведь это лишь очередной шаг, ведущий к пересмотру выдуманных в Москве легенд. Пришло время выяснить как все проходило на самом деле, без фальши и громких реляций о раздутых победах. Немцы начинают «копать» собственную историю, опираясь на архивные документы, и рано или поздно вернутся к первоистокам Второй мировой войны.

И сразу изменятся роли ее участников, где всем станет понятно, что Советский Союз несет полную ответственность за развязывание мировой бойни и гибель десятков миллионов.

Валерий Логинов, Министерство по делам ветеранов Украины.

jooble